В прошлый раз в постах в рубрике #Швеция я написала, как относительно небольшая Рязань стала (была?) центром распространения шведского языка и культуры, а сегодня расскажу обратную историю.

КАК ПРОВИНЦИЯ НУРЛАНД УЧИЛАСЬ У ЛЕНИНГРАДСКИХ УЧИТЕЛЕЙ РИСОВАНИЯ

Нурланд – это северная часть Норвегии, славящаяся своим контрастным ландшафтом. В мой последний визит туда мне повезло найти в личном архиве художницы Кайсы Зеттерквист небольшое число материалов, рассказывающих о Неделе Нурланда в Ленинграде в 1989 году. Центральным событием этого мероприятия стала выставка детских рисунков «Моя родина». Восьмидесятые и девяностые меня всегда особенно интересовали, а тут такой сюжет! Несколько музыкальных и танцевальных самодеятельных коллективов Нурланда и какое-то число культурных деятелей едут в Ленинград в перестройку не только себя показать, но и рисующих детей?

Далее я знакомлюсь с письмами некоего Юрия Решкина, и они трогают меня своим отчаянием и тоской. Юрий пишет на плохом английском, пишет на русском, понимая, что вряд ли адресат сможет перевести послание. Как мне показалось, он боялся, что о нем могут забыть, что он никогда больше не будет иметь связи с этой прекрасной парой иностранных художников, с которыми он познакомился на той самой выставке детских рисунков. Многие друзья Решкина спешно покидали страну, и он, по сути, оказался в изоляции в очень плохом материальном положении – так помнит Кайса.

О художнике Решкине сохранилась одна газетная вырезка на норвежском языке, сообщающая об открытии аналогичной выставки уже в Нурланде! Что меня удивило в этой статье, так это то, что корреспондент с искренним восхищением отмечает, что в Советском Союзе существует довольно много бесплатных художественных школ для детей, и дети, занимающиеся там, показывают изумительные результаты в разных техниках. То есть этот факт казался нурландцам необычным явлением. Юрий Решкин же был преподавателем одной из ленинградских художественных школ и живописцем, и ему одному из немногих удалось тогда добраться до Норвегии.

Позже я узнала, что на севере Норвегии с арт-образованием было все довольно плохо, и вдохновленные увиденным в Ленинграде нурландцы открыли школу для детей и у себя. Более того, куратор Камилла Фагерли, с которой мы работали в 2015 году в Тромсо, как я выяснила случайно, брала интервью у Кайсы Зеттерквист на тему художественного образования на севере, и я теперь хочу узнать, что именно искала Камилла в этом сюжете, и не совпадаем ли мы вдруг в каких-то интересах.

Я начала узнавать информацию о Решкине и обнаружила только, что в 2018 году его ученик Александр Зимин в благодарность учителю сделал совместную с ним выставку в Санкт-Петербурге, только вот самого Юрия уже не было. Он умер в 2008 году в Израиле, куда эмигрировал еще в 1990-е.

Больше всего в архивной работе мне нравится возвращать имена забытым или малоизвестным художникам. Ведь архив – это подобие рая, где достойное место находится всем и где заклятые враги могут оказаться связаны множеством событий и пересечений. Я думала, что довольно легко найду тех, кто знал Решкина лично, ведь у него было много учеников, но пока мне это не удалось. Поиски продолжаются. Ведь эта история может оказаться не столько про прошлое, сколько про настоящее.

#живопись #архив #художественныйбыт #художественноеобразование

Утро началось с сообщения от Жени Беркович. Плачу от того, что книги - это единственное, что могла сделать для неё и Светы. Женя и оттуда находит силы пошутить, подбодрить. А Света написала: "Иногда даже не верится, что совсем недавно у нас все это было", - в ответ на мой рассказ про Центр Мейерхольда и его архив. И предположила, что и их "приключения" когда-нибудь перестанут быть их жизнью, а станут всего лишь частью архива. Обязательно. Только когда?

#любимыеавторы #архив