Сегодня в Музее Виктории и Альберта в Лондоне стартовала небольшая бесплатная выставка The Burberry Trench: Crafting an Icon. Такая щедрость не случайна — в этом году бренд празднует 170-летие, и одновременно с открытием идут показы LFW.

Обратили внимание, что в ранних печатных материалах марка обращается к путешественникам и автомобилистам. Стойкость запатентованного Томасом Бёрберри габардина к дождю и ветру была очень кстати в рискованных предприятиях этих энтузиастов. Полярная экспедиция Фритьофа Нансена, например, пользовалась этим материалом в 1893 году, накрывая агрегаты автомобилей для их сохранности в экстремально низких температурах.

На NYFW внимание привлёк молодой бренд Campillo мексиканского дизайнера Патрисио Кампийо. Полуфиналист LVMH Prize 2024 глубоко укоренён в сообществе Мехико: там находится его штаб-квартира и начинающие внештатные специалисты, с которыми он работает. Да, политические высказывания посредством коллекций он делает (например, подчёркивая текущее название Мексиканского залива, принятое за пределами США), но без фанатизма и не в ущерб качеству дизайна.

Коллекции характеризуют изящные силуэты с выраженной талией, активная работа с оттенками и градиентами, в меру сложные конструкции и работа с пропорциями — все приёмы находятся в балансе, который особенно заметен в сезонах предыдущих двух лет. Мы, конечно, не можем отделаться от чувства, что многое из этого видели у Гленна Мартенса. Однако концептуальности бельгийца у его коллеги всё же нет, зато конвенциональная красота и гармоничность с латиноамериканским колоритом раскрывается в полной мере. Следить за Кампийо определённо стоит, особенно если вы подустали от пацанской эстетики его земляка Вилли Чаваррия.

Интерьер нового токийского флагмана любимых Andersson Bell сильно нас удивил. Небольшое бруталистское здание 1993 года постройки внутри дополнили островками ретрофутуристической мебели и функциональными цветовыми акцентами. С богато декорированной, часто избыточной одеждой такое убранство (напоминающее московский клуб «Плутон») контрастирует радикально, как и с другими пространствами бренда. Заказ выполнила токийская же студия I IN.

Ли Маккуин был большим поклонником кроссовок: он заявлял, что обладал 500 парами. Среди них были и Reebok Instapump Fury и множество экспериментальных и трейловых Nike. Думаем, собственные коллаборационные модели с PUMA он выпускал с воодушевлением. Тем более в этом ему, кажется, помогал талантливый обувной дизайнер Петер Шмид. Первые модели 2006 года навеяла человеческая анатомия, но фокус делали на удобстве конструкции — все было подчинено удобству.

На фото вы видите модель 2008 года Spine Mid Velcro — там строение организмов явлено в самом буквальном смысле. Прозрачная подошва демонстрирует скелет некого существа, словно помещённый в колбу с формалином в анатомическом театре. Надеемся, что у большинства владельцев пар, как и у их кроссовок, хребет всё же был.

Похожие принципы Маккуин использовал и в других коллаборациях — например, с Samsonite 2006 года. После 2008-го к обуви добавилась и совместная линия одежды PUMA by McQueen.