Среди работ художницы Саэко Цуэмуры для Йоджи Ямамото в народе больше всего известна графика а-ля пин-ап (AW91) и кислотные психоделические коллажи. Однако наши любимые вещи представлены в рамках коллекции Pour Homme SS02.
Реалистичные, в меру детализированные портреты женщин в кимоно выражают конвенциональную красоту — как лиц, так и характеров. О её существовании легко забыть в мире, где каждый день зрителя пытаются чем-то удивить. Одни женщины улыбаются сдержанно, другие — с демонстрацией зубов, третьи смотрят загадочно, другие — мечтательно. У нас создаётся впечатление, что это что-то среднее между художественной выставкой и каталогом винтажной рекламы, напоминающей о старых добрых временах. Хотя другие авторы подчёркивают контраст серьёзности и мрачноватости предметов Ямамото с жизнерадостной графикой Цуэмуры, нам кажется, что именно реализм удаётся ей лучше всего — философия дизайнера буквально подталкивает разобраться в темпераментах портретируемых женщин. Этот явный успех продолжится в коллекции Y-3 SS04 — на предметах этого сезона появились олимпийские чемпионы из США и Кении, а также сам Ямамото.
В профессию художница попала не сразу — по образованию она химик фармацевтической промышленности. Саэко работала в технике аэрографии и сотрудничала с Ямамото с 1991 года до конца жизни (2004). Первые работы в стиле пин-ап коренятся в истории Второй мировой войны, невероятно значимой для идентичности Ямамото. Вместе с этим, художница исследовала вопрос женственности в военное время (во время создания этих работ происходила Война в Персидском заливе).
Реалистичные, в меру детализированные портреты женщин в кимоно выражают конвенциональную красоту — как лиц, так и характеров. О её существовании легко забыть в мире, где каждый день зрителя пытаются чем-то удивить. Одни женщины улыбаются сдержанно, другие — с демонстрацией зубов, третьи смотрят загадочно, другие — мечтательно. У нас создаётся впечатление, что это что-то среднее между художественной выставкой и каталогом винтажной рекламы, напоминающей о старых добрых временах. Хотя другие авторы подчёркивают контраст серьёзности и мрачноватости предметов Ямамото с жизнерадостной графикой Цуэмуры, нам кажется, что именно реализм удаётся ей лучше всего — философия дизайнера буквально подталкивает разобраться в темпераментах портретируемых женщин. Этот явный успех продолжится в коллекции Y-3 SS04 — на предметах этого сезона появились олимпийские чемпионы из США и Кении, а также сам Ямамото.
В профессию художница попала не сразу — по образованию она химик фармацевтической промышленности. Саэко работала в технике аэрографии и сотрудничала с Ямамото с 1991 года до конца жизни (2004). Первые работы в стиле пин-ап коренятся в истории Второй мировой войны, невероятно значимой для идентичности Ямамото. Вместе с этим, художница исследовала вопрос женственности в военное время (во время создания этих работ происходила Война в Персидском заливе).
Продолжим вчерашнюю тему. Одна из самых примечательных коллекций Yohji Yamamoto Pour Homme последних лет — SS23. В предыдущем сезоне (рассказывали о нём тут) японец с командой явно были придавлены меланхолией. Летняя же коллекция ощущалась как пробуждение.
Палитра этого сезона и правда гораздо разнообразнее. Хотя чёрный цвет «отступил» недалеко: менее половины образов выполнены в отличных тонах. Однако сам дизайнер ощущал такой эксперимент опасным — наверное, здесь бы лучше подошла фраза «испытывающим способности». И проверку команда прошла на твёрдую пятёрку. Некоторые принты словно вновь были выполнены Бексиньским, тёмно-синие образы смотрелись монументально, и даже большие красные буквы Y были вплетены в визуал органично.
«Загрязнения» на одном белом костюме, солидные фрагменты тканей, нашитые на другой, — эти образы мы считываем как максимально беспечные и пригодные для повседневной жизни. Диапазон команды широк — даже надписи английским по чёрному нам нравятся. «Дерьмовая жизнь» и «Из чего ты слеплен?» звучит очень злободневно, но с цитатой Ямамото выше сочетается только при условии огромной иронии.
«Если говорить серьезно, то Япония как страна пришла в упадок, поэтому мы — творцы, художники — должны хоть что-то сделать, чтобы порадовать людей. Мне кажется, это стало нашей задачей. Я постарался найти для себя такую роль — дарить людям радость».
Палитра этого сезона и правда гораздо разнообразнее. Хотя чёрный цвет «отступил» недалеко: менее половины образов выполнены в отличных тонах. Однако сам дизайнер ощущал такой эксперимент опасным — наверное, здесь бы лучше подошла фраза «испытывающим способности». И проверку команда прошла на твёрдую пятёрку. Некоторые принты словно вновь были выполнены Бексиньским, тёмно-синие образы смотрелись монументально, и даже большие красные буквы Y были вплетены в визуал органично.
«Загрязнения» на одном белом костюме, солидные фрагменты тканей, нашитые на другой, — эти образы мы считываем как максимально беспечные и пригодные для повседневной жизни. Диапазон команды широк — даже надписи английским по чёрному нам нравятся. «Дерьмовая жизнь» и «Из чего ты слеплен?» звучит очень злободневно, но с цитатой Ямамото выше сочетается только при условии огромной иронии.
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
— На прогулку собрались?
— В паб.
В новом кампейне Barbour одна короткая сценка отражает разницу восприятия вещей разными поколениями. Бренды всё чаще «подмигивают» в официальной коммуникации, отдавая отчёт в том, что их продукт интересен людям за пределами ядерной целевой аудитории. Но это так, заметки на полях. Посмотреть на новоиспечённого сэра Идриса Эльбу и Сиенну Миллер, пользующихся в британской глубинке лишь аналоговыми технологиями, просто приятно.
Оформление бутика Gucci в Лондоне обновилось: сейчас за стеклом витрины можно наблюдать часть автомобиля Cadillac Seville 1978 года. Тогда автопроизводитель выпустил ограниченную серию машин в сотрудничестве с итальянским домом — в дополнение шёл и полный комплект багажа Gucci. В посление годы команда бренда любит об этом напоминать.
Forwarded from Правила жизни
Bleu de travail (синяя спецовка) появилась в конце XIX века во Франции и решала простую задачу: дешево одеть на производстве представителей численно растущего рабочего класса.
Прямой крой, просторная посадка, три накладных кармана (два — для инструментов, один — для блокнота и табака), отложной ворот и цвет, пятна на котором не слишком бросаются в глаза. Начальники малого и среднего звена обычно одевались в те же модели, что и рабочие, только цвет их курток был белым или серым. Отсюда возникли понятия «синие воротнички» и «белые воротнички»: первые — для работников физического труда, вторые — для работы в офисе или сфере услуг.
Со временем синяя спецовка закрепила за собой статус негласной униформы, символа рабочего класса и отличительного знака сторонников социального равенства. Например, в 1968 году во время беспорядков в Париже студенты и представители интеллигенции носили подобные куртки в знак солидарности с рабочими.
Два века спустя bleu de travail не просто не потеряла популярности, а стала одной из культовых, вневременных вещей. Свои версии представляли Prada, Ralph Lauren, Vetements, The Row, Le Laboureur, а в разное время в синей спецовке можно было увидеть Билла Каннингема, Тупака Шакура или Джереми Аллен Уайта.
В новом материале вместе с объединением Please рассказываем подробную историю «революционной куртки», после которой вы наверняка захотите свою bleu de travail.
Прямой крой, просторная посадка, три накладных кармана (два — для инструментов, один — для блокнота и табака), отложной ворот и цвет, пятна на котором не слишком бросаются в глаза. Начальники малого и среднего звена обычно одевались в те же модели, что и рабочие, только цвет их курток был белым или серым. Отсюда возникли понятия «синие воротнички» и «белые воротнички»: первые — для работников физического труда, вторые — для работы в офисе или сфере услуг.
Со временем синяя спецовка закрепила за собой статус негласной униформы, символа рабочего класса и отличительного знака сторонников социального равенства. Например, в 1968 году во время беспорядков в Париже студенты и представители интеллигенции носили подобные куртки в знак солидарности с рабочими.
Два века спустя bleu de travail не просто не потеряла популярности, а стала одной из культовых, вневременных вещей. Свои версии представляли Prada, Ralph Lauren, Vetements, The Row, Le Laboureur, а в разное время в синей спецовке можно было увидеть Билла Каннингема, Тупака Шакура или Джереми Аллен Уайта.
В новом материале вместе с объединением Please рассказываем подробную историю «революционной куртки», после которой вы наверняка захотите свою bleu de travail.