30000 пар в месяц — именно такой объём выпуска обеспечивает фабрика New Balance в английском Флимби при штате примерно 300 сотрудников. Сейчас они вручную шьют среди прочих модели 991v2 и Allerdale (7 и 8 фото).

Фотографии стали результатом трёхдневнего пресс-тура на производство, и сопровождающий их текст прямо-таки сочится мёдом. Но в эту сказку с почти семейными ужинами и глубокими чеовеческими связями мы хотим и готовы поверить — всё же дело происходит в деревне с населением 2000 человек.

Продолжим производственную тему репортажем Outlander с фабрики Diadora в Каэрано-ди-Сан-Марко, работающей с 1948 года. Головное производство и штаб-квартира расположена в итальянской коммуне в области Венеция, а её население — менее 8000 человек.

На видео задокументированы основные стадии создания коллаборационных JW Anderson x Diadora Equipe — ретро-раннеров 1975 года в смелых и разнообразных цветовых сочетаниях.

Кадры из летней съёмки eye_C нагревают голову при первом взгляде сразу по двум причинам. Первая — очевидно, локация. Вторая — беспомпромиссная многослойность, от которой мы бы упали в обморок, а модели… ничего, держатся.

В основном используются предметы Kaptain Sunshine, ROA, GR10K, задающие настроение шляпы — от Stetson.

Steve Madden: до того, как Zara ввела тренд на fast fashion

Редактор Маша вновь провела выходной за просмотром «Волка с Уолл-стрит». Кажется, количество просмотров этого фильма уже давно перевалило за добрый десяток. Каждый раз обещаю себе сделать пост про Steve Madden, но постоянно откладываю. Похоже, сегодня будет исключение — если вы читаете этот текст, то обещание выполнено

На самом деле история бренда звучит слишком идеально, по-американски. Steve Madden как бренд появился в 1990 году. У Мэддена не было наследства, крупного модного дома за спиной или инвесторов из индустрии. Он начал с $1100 и багажника собственной машины, из которого развозил обувь по магазинам Нью-Йорка. Иронично, что эта обувь подозрительно напоминала модели люксовых брендов, только стоила в разы дешевле

Обувь Steve Madden очевидно отсылала к Prada, Versace, Miu Miu и Jean Paul Gaultier. Сегодня это назвали бы «демократизацией трендов», а в 90-х подобный подход считался агрессивным копированием

В 1993 году Steve Madden выходит на IPO через брокерскую фирму Stratton Oakmont — да, вы все правильно поняли. Это компания Джордана Белфорта, которую позже весь мир узнает благодаря фильму «Волк с Уолл-стрит». В картине даже есть сцена, где герой Леонардо ДиКаприо буквально заставляет брокеров продавать акции Steve Madden как религию. И это не художественное преувеличение. Stratton Oakmont действительно занимались IPO бренда и искусственно разгоняли стоимость акций через схему pump and dump

Позже сам Мэдден признает участие в схемах с «флипперами» — людьми, которые быстро перепродавали акции после IPO ради искусственного роста стоимости бумаг. SEC заявит, что инвесторов вводили в заблуждение относительно отношений между Steve Madden и Джорданом Белфортом. В 2002 году Мэдден признал вину по делу о манипуляции ценными бумагами и провел в тюрьме 31 месяц

Казалось бы, в этой истории собрались все камни бесконечности: громкий скандал, финансовые махинации, репутационный кризис и обвинения в копировании. Для большинства fashion-брендов этого было бы достаточно, чтобы окончательно исчезнуть с рынка. Но Steve Madden не только выжил, а превратился в глобальную компанию

Именно здесь особенно интересно наблюдать за тем, как менялось восприятие fast fashion. Steve Madden, возможно, сам того не осознавая, создал новую модель внутри fashion-индустрии. Если luxury всегда строился на дистанции, то Steve Madden, наоборот, давал доступ к трендам

На самом деле бренд оказался намного ближе к будущему, чем могло показаться в 90-х. До Zara с ее сверхбыстрой цепочкой поставок, до TikTok-трендов и эстетики микро-трендов, Steve Madden уже существовал в логике «увидел — купил». В каком-то смысле бренд предсказал то, как сегодня работает весь массовый fashion-рынок

После тюрьмы Мэдден вернулся в бизнес уже в совершенно другой роли. Его история неожиданно превратилась из сюжета о жадности в историю про американскую одержимость вторым шансом. Даже документальный фильм Maddman строится не столько вокруг самого преступления, сколько вокруг феномена его возвращения

И, возможно, именно поэтому Steve Madden до сих пор остается важным брендом для понимания американской fashion-индустрии. Он раньше других показал, как мода, массовый рынок, хайп и деньги начинают работать как единая система

А для вас, наши читатели, это повод пересмотреть «Волк с Уолл-стрит» уже совсем под другим углом

#статьи@frontroww