Натан Шварц родился в 1902 году в Одессе - в семье потомственных сапожников
Было ремесло. Была стабильность
Потом пришла революция, и всё это закончилось

Семья бежала в США, потеряв почти всё
Отец снова встал за верстак
Но сыну запретил:
«Хватит гнуть спину над сапогами. Учись. Будь врачом или адвокатом»

Судьба решила иначе
Отец умер
И в 16 лет Натан продолжил путь отца

34 года он работал без остановки
Просто шил, чинил, копил деньги

В 1953 году он выкупил маленькую обувную фабрику Abington

А в 63 года его, наконец, окончательно разозлило то, что вся обувь протекала по швам
А у бедняков, которые к нему обращались, не было второй пары на замену

Он не стал усиливать швы
Он убрал их вообще

Залил резиновую подошву прямо в форму,
соединив её с кожей без ниток

Ботинки топили, гоняли по грязи и устраивали тест-драйвы
Они оставались сухими

Так появились Timberland

Позже бренд продадут за 2 миллиарда долларов

Но сам Натан до конца жизни приходил на фабрику и проверял обувь руками

Он хотел сделать «легенду»
Он просто решил чужую проблему

В СССР мандарины были не просто фруктом, а коротким сезоном риска и больших денег

Урожай шёл из Абхазии и Грузии и созревал в ноябре–декабре, поэтому цитрусовые массово завозили именно к Новому году и почти не продавали в другое время

В госмагазинах цена была 1–2 рубля за килограмм, но за ней стояли очереди, лимиты и внезапные «выбросы»

Мандарины продавали «в одни руки» или распределяли через предприятия

На рынках, особенно в северных городах, они стоили уже 6–7 рублей

Формально это была спекуляция, по факту - единственный способ купить их

Разница в цене позволяла за один декабрьский сезон заработать на машину или первый взнос за кооперативную квартиру

Доставка шла на пределе: самолёты вылетали в сложных погодных условиях, вагоны с цитрусами застревали на сортировках, часть груза портилась или «терялась» по дороге

На южных трассах работали так называемые «золотые шлагбаумы» - негласные точки, где машины с мандаринами останавливали и брали плату деньгами или ящиками фруктов

Так что советский мандарин пах не только Новым годом, но и дефицитом, риском и теневой экономикой

Каждое торжество неизменно сопровождается этим ритуалом. Бокалы взмывают вверх, встречаются над центром стола и раздается звонкий удар. Если спросить о причинах, почти всегда звучит популярная легенда

Якобы в Средневековье так проверяли вино на наличие яда. Рыцари били кубками с такой силой, чтобы напиток переплескивался к соседу: если тот не упал замертво - можно пить без страха

История кинематографичная, но, увы, - это миф

В те времена венецианское стекло и качественные кубки стоили целое состояние. Бить их друг о друга ради сомнительной проверки (большинство ядов действовали далеко не мгновенно) было бы разорительным безумием

Истина лежит глубже. История сохранила три реальные причины возникновения этой традиции

1. Охранная магия:
Люди прошлого жили в мире, полном незримых угроз. Считалось, что нечистая сила может проникнуть в человека в самый уязвимый момент — когда рот открыт для еды или питья

Но у тьмы есть страх — громкие, чистые звуки. Подобно церковным колоколам, чей звон очищает город, звон кубков «очищал» пространство за столом. Удар металла или хрусталя был призван отпугнуть злых духов и завистников от трапезы

2. Пятый элемент:
Вино — напиток эстетов. Древние полагали, что оно обязано услаждать все чувства человека:

Глаз радуется цвету.
Нос — аромату.
Язык — вкусу.
Рука — прохладе и тяжести кубка.
Безучастным оставался только слух. Чоканье исправило эту несправедливость. Так у вина появился свой «голос», завершающий общую гармонию чувств

3. Символ единства:
Раньше доверие выражалось через общую чашу — братину, которую пускали по кругу. Гости пили из одного сосуда, разделяя и радость, и судьбу.

Когда эпоху коллективизма сменила эра индивидуальных кубков, людям потребовался жест, сохраняющий связь. Соединение краев бокалов символически снова превращает их в единый сосуд. Это безмолвное послание: «Разделенные в пространстве, но единые в помыслах»