К таинственной трапезе все со страхом приблизившись, чистыми душами примем хлеб, оставаясь вместе с Владыкой, чтобы увидеть, как Он моет ноги учеников и отирает полотенцем, и сделать так, как мы увидели, друг другу покоряясь и друг другу ноги омывая, — ибо Христос так повелел Своим ученикам, как прежде сказал; но не услышал Иуда, раб и льстец.
Кивая головой, Иуда осуществлял злодеяние расчетливо, удобного времени ища, чтобы Судию предать на осуждение — Того, Кто всех Господь и Бог отцов наших.
«Один из вас», — взывал друзьям своим Христос, — «предаст Меня»; они же, оставив радость, тревогою и скорбью исполнялись: «Скажи, кто это», — говоря, «Боже отцов наших?»
Злополучный Искариот, закон любви забыв преднамеренно, ноги, те, что были омыты, приготовил к предательству; и вкушая Твой хлеб, Тело Божественное, поднял пяту на Тебя, Христе, и не захотел взывать: «Воспевайте Господа, творения, и превозносите во все века!»
Принимал в десницу Тело, избавляющее от греха, бессовестный, и Божественную Кровь, изливаемую за мир; но не стыдился пить то, что продал за цену, не отвратился низости и не захотел взывать: «Воспевайте Господа, творения, и превозносите во все века!»