📆Шталаг 324 – «фабрика смерти» нацистов.

Шталаг 324 называют «фабрикой смерти». Лагерь для советских военнопленных Шталаг 324 в документах нацистов назывался Шталаг 324 «Лососно/Гродно» или «Лососно/Гартен»: от наименования ближайшей железнодорожной станции Лососно, куда доставляли военнопленных. В различных послевоенных документальных источниках и мемуарах назывался также лагерь военнопленных «Колбасино» (по названию ближайшего к Шталагу населенного пункта; лагерь военнопленных «Фолюш» или «Фолюш-6» (по наименованию военного городка или его полевой почты).

Строительство Шталага 324 было начато нацистами в июле 1941 г., окончено – в ноябре 1941 г. На строительстве в принудительном порядке трудились около 2 000 военнопленных и 3 000 гражданских лиц из окрестных населенных пунктов.

Площадь лагеря составляла 50 кв. га и была обнесена колючей проволокой в два ряда, между которыми находились караульные собаки. По периметру, на расстоянии 100 м. друг от друга, располагались вышки с тремя вооруженными пулеметами часовыми на каждой. Военнопленные находились в 96 землянках 6 м. х 25 м. каждая с двойными нарами.

Отношение нацистов к советским военнопленным было крайне жестоким, официально сориентированным на их массовое уничтожение. Заключенные были лишены медицинского обслуживания, элементарных бытовых и гигиенических условий. В холодное время года заключенные не обеспечивались теплой одеждой, а жилые помещения не отапливались. Кормили военнопленных отходами продуктов питания. Питание не было рассчитано на поддержание жизни, люди страдали крайним истощением, был дефицит питьевой воды. К этому надо добавить непосильную работу, которой загружались военнопленные, а также издевательства и истязания со стороны лагерной охраны.

Контингент заключенных в лагере не был стабильным: содержавшиеся систематически умирали от голода, холода и истязаний, отсутствия надлежащего уровня медицинской помощи и медикаментов, эпидемий тифа, дизентерии и других заболеваний. Смертность в Шталаге была очень высокой. Немногие военнопленные пережили первую военную зиму, чего и добивалась администрация лагерей и их руководство. На место погибших прибывали новые эшелоны военнопленных и мирных граждан.

По свидетельству очевидцев, из Шталага повозками по 60 и более в день вывозились трупы и захоранивались за территорией лагеря на расстоянии 200 м.

Отдельные группы узников по узкоколейной железной дороге или в закрытых грузовых машинах вывозили на территорию форта № 2, построенному в годы Первой мировой войны вблизи деревни Наумовичи, где их расстреливали.

Жительница Гродно пенсионерка Татьяна Шимоволос вспоминает, как жители окрестных гродненских деревень жалели военнопленных:

– Они голодные, их же морили голодом, им же кушать мизер давали… Мы картошку, конечно, сажали, овощи. Бабушка одно ведро варила картошки полное, а другое ведро – супа, дедушка брал эти два ведра, и мы отправлялись на горку к полю, к ограждению. Он задабривал часового самогоном и куском сала (были и среди немцев сочувствующие люди) и передавал провизию. Не только мы передавали, но и другие люди из ближайших домов: кто-то шел с котелочком, кто-то с кружкой… Там было отверстие в ограждении, чтобы можно было еду передать. Военнопленные быстро-быстро всю еду разбирали и уходили…

Чтобы скрыть свои жуткие преступления, фашисты уничтожили часть захоронений при отступлении: на Фолюше и в других местах ровняли надгробные холмы, маскировали массовые захоронения, сжигали останки. Подсчеты велись сразу после окончания войны: были созданы специальные комиссии. Но и сегодня в истории лагеря остается немало белых пятен.

На месте самого бывшего Шталага 324 создан мемориальный комплекс. 21 сентября 2016 года состоялось торжественное перезахоронение останков более 1600 воинов рядом с обелиском. На церемонии присутствовало большое количество людей, были здесь и родственники погибших

Пламенный привет передает Светлана Васильевна Голенчук своему сыну гвардии рядовому Голенчук Даниилу Владимировичу, военнослужащему 11-й отдельной гвардейской механизированной бригады.