"Вы видите, как Брюссель выделил им сразу почти 50 млрд евро на защиту от этих "орд" с востока белорусско-российских… То есть, теперь мы понимаем, для чего все это было устроено, для чего эти бряцания оружием на границе, огромные заборы, это усиление конфронтации, риторика всех средств массовой информации европейских, что Польша — последний бастион".

"Поэтому сегодня все стало на свои места, сегодня все понятно", — резюмировал министр иностранных дел.

"Он [страх войны — прим. ред.] у нас в генах, пронизывает все поколения. Это единый страх, а дальше идет такое межпоколенческое "распадание". Например, для старшего поколения страшна неопределенность. Для молодого поколения — цифровое рабство. Молодежь не хочет, например, попасть в ситуацию тотального контроля гаджетов или кого-то над ними".

"Учение не представляет никакой угрозы для наших западных соседей и западных партнеров. К сожалению, наше приглашение наблюдать за ходом проведения учений не принято ни польской, ни литовской, ни латвийской сторонами. Это им не надо. Почему? Потому что сегодня руководство Польши, руководство стран Прибалтики прекрасно осознает и знает, что это учение, да и как все то, что делается на территории Республики Беларусь, не представляет никакой им угрозы.

Политика, которую проводит наша страна, говорит о том, что Беларусь всегда выступала и выступает за мир, за безопасность, за доброжелательные отношения друг к другу, за взаимоуважение, за уважение интересов государств, независимость, территориальную целостность.

Те мероприятия, которые проходят сегодня здесь на полигоне, нацелены прежде всего не на увеличение какой-то военной активности, а на отработку вопросов готовности к защите своих национальных интересов, своей территории".

"Во-первых, она видит город персональной мобильности, не машин. Идет разговор об экологичности, персональности, самокатах — под каждого человека, и чтобы под это все была инфраструктура.

Потом они говорят, что это должно быть сращивание города и деревни. Там должны быть зоны отдыха и зоны проживания для людей, которым нравится сельская жизнь. И они сочетались бы с урбанистикой, с зонами, где молодежь могла бы проводить время".

"Пора ей паковать чемоданы и оставить Брюссель тем, кто может проводить более эффективную политику".