Латушко: "Я понимаю, что бомба — это абсурд. Но вот пожар — это реально. Только чтобы не успели среагировать. Не знаю…. Бензин разлить. Нужны жертвы. Чем больше, тем лучше. А если этот все 9-го числа сделать, то вообще хорошо будет. А мы это сразу подхватим".

Гусак: "Это уголовка сразу. Людям гарантии нужны будут".

Латушко: "Через пару дней Луку снесут вместе со всеми ментами и так далее. Поэтому никаких уголовок точно не будет".

"В штабе появились новые люди. Эти ребята очень активно стали участвовать, принимать участие в вопросах безопасности. Ну и в начале августа, по-моему, это первое-третье число было, я приехал в штаб, и один из ребят сообщил мне о том, что больше в моих услугах не нуждаются. Я буквально там в течение 10-15 минут передал все ключи от служебной комнаты, там, где хранилось оборудование и так далее. И ушел из этого штаба".

"С одной лишь целью — поднять градус протестных настроений, иметь вот эти сакральные жертвы и максимально радикализировать еще на тот момент возможные уличные протесты. Ну и после такой небольшой короткой проверки вот этой информации она нашла свое подтверждение и лично мной была доложена Казакевичу Геннадию Аркадьевичу, на тот момент первому заместителю министра внутренних дел, начальнику криминальной милиции. Он очень серьезно отнесся к этой информации, скажем так, мы дополнительно ее уточняли и потом уже приняли соответствующие действия".

"По поручению Президента я прибыл в ЦИК для того, чтобы разобраться с жалобой и обращением Светланы Тихановской, которая на тот момент там находилась. По прибытию я увидел растерянную испуганную женщину, которая остро нуждалась в помощи, которая не знала к кому обратиться, потому что ее окружение на тот момент (она уже начинала это четко понимать и осознавать) ей манипулировало. Единственное ее желание было — это увидеться со своими детьми, которые на тот момент находились за рубежом. В принципе, повод прибытия в ЦИК — и было вот эта ее просьба, обращение за помощью. После непродолжительной беседы она высказала вот это пожелание, просьбу".

📞 "Дима! Ты, пожалуйста, скажи Первому обязательно, что мы уезжаем. Единственное, девочки попросили, чтобы я поехал с ними. Так и передай. Вот поэтому я поеду с ними до границы".

"Вы знаете, всю дорогу, тоже в ходе беседы как-то так нашелся контакт хороший, и, вы знаете, она очень просила, чтобы именно я сопровождал ее по пути до границы, мы нормально пообщались. Когда мы расставались, не скажу, что мы уже, конечно, расставались друзьями, как хорошие знакомые, она была очень благодарна. Я ей оставил свой контактный телефон. Я ей сказал так, что если у вас будут какие-то трудности, вы всегда можете обратиться непосредственно либо ко мне, либо обратиться в наше посольство, и мы всегда окажем вам помощь".

"Я отдал распоряжение нашему посольству в Литве, чтобы помогли ей во всем. В том числе, если нужно новую квартиру там снять и так далее и тому подобное. Но ее быстро взяли под контроль спецслужбы Литвы. Все остальное вы знаете. Вот чтобы вы знали, что произошло в то время. Этой сакральной жертвой не случилось. А представьте, если бы это произошло? Поэтому ее никто не выпихивал за границу. Вопрос стоял жизни и смерти. И это было ее желание".

"Валаам — место намоленное. Если мы посмотрим на дискуссию с той стороны, существует пиар, Трамп, который может менять свои решения несколько раз на день. США живут в реальности пиара. Слово должно формировать действительность. А тут, когда Президенты вышли на пресс-конференцию в намоленном месте, получается совершенно другой вес слов".