завтра петербургские «птицы» в чудесной квартире на маяковской; последние в этом году; а может и вообще — кто знает; приходите! — https://vlsv.gay/birds

‘25

это итоги про то, что я называю работой, + про дружбу, любовь и движение; 2025 был третьим годом без дома посреди войн, но это не помешало стать ему абсолютно оглушительно счастливым

ПЛАСТИК МЭМОРИЗ / IGRUSHKI; я ни разу в жизни до 25 года не делал объектное искусство, а в 25-м взял и сделал — две серии из 10 и 16 объектов + ещё три объекта между ними/после; это был граундбрейкинг опыт; я в очередной раз вспомнил что могу быстро научиться чему угодно + что я очень рукастый + что у меня есть подписчики готовые отдать по €450 за мои поделки; я весь год смотрю на некоторые объекты из обоих серий и мне сложно поверить что это сделал я своими руками в квартире на приморской, ходя в магазин «строитель» и бесконечно слушая последний альбом perfume genius; теперь у 20+ людей в домах по всей европе стоит мое искусство; я безусловно продолжу

для пластик мэмориз я спродюсировал две съёмки, вторая из которых просто гениальная; я очень горжусь ей, так же как объектами; спасибо всем, кто помог этим съёмкам родиться; и был ещё огромный рилс о том, как я вообще это делал

ВЕЩИ; я впервые в жизни сделал свой мерч — объекты одежды и украшения, продолжающие мои исследования милитари-визуальности: майки, кропы, трусы, воротнички, обвесы; спасибо огромное всем, кто это всё теперь носит или хранит

SOLDIERS SPEAKING; в феврале я выпустил маленькую но главную работу этого года — видеоэссе без слов и без теории, собранное из футажа с войн в украине, палестине и некоторых других; моя попытка приблизиться к опыту, мне недоступному и нежелаемому — милитари-корпореальности — уткнулась в очень странное чувство тупика; думаю что когда сближаешься с Мужской Работой, машиной убийства, не может быть никакого resolution, только непрерывный черный металлический гул в ушах, смятение без конца

МОНУМЕНТОМАНИЯ/СКОЛЬКО ИДЁТ ВОЙНА; были движения по моим двум главным теоретическим проектам про войны: фильм МОНУМЕНТОМАНИЯ взяли в официальную программу Артдокфеста и показывали онлайн с марта по июнь, теперь он доступен в медиатеке февтиваля; иммерсивные версии МОНУМЕНТОМАНИИ и СКОЛЬКО ИДЁТ ВОЙНА я выпустил в формате приложений для win/mac, которые просто можно скачать для индивидуального прохождения

КАК ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЕ; мой первый большой фильм про то что осталось следом большой любви, моего рака и катастроф весной снова показывали в Петербурге; в июле я впервые оказался в итальянском городе Лаквила, разрушенном землетрясением в 2009 году, — я смотрел футаж из этого города когда делал фильм; а в ноябре после очередной цистоскопии врачи отпустили меня в ремиссию;

ПТИЦЫ; я выпустил этот квартирный квир-перформанс в апреле, и эта работа дала мне на порядки больше сложного счастья, радости и открытий, чем всё остальное; она появилась из январского хартбрейка и романа Весоса «птицы», который я впервые прочитал в 2017 в Москве, живя в Измайлово с девочкой в клинической депрессии, с сантиметровыми шрамами по всему телу; я делал этот перформанс как квартирный, потому что показывать квир-работу в стране, бывшей моей, на больших площадках небезопасно и в общем невозможно; за 8 месяцев я показал ПТИЦ 25 раз для ~800 зритель:ниц в 8 городах и 5 странах: пермь, екатеринбург, москва, петербург, берлин, варшава, белград, париж; я не пересчитаю со сколькими прекрасными людьми я познакомился благодаря птицам, сколько цветов мне подарили и какой пронзительности фидбек я получал за эту работу; я побывал в 20+ квартирах, в том числе где живет настоящий дрозд и где показывали свой перф rimini protokoll; у меня лавины благодарности всем людям которые предложили и/или организовали показы в местах где они живут; отдельное спасибо команде GENAU, которые сделали первый мой Настоящий Привоз В Европу как художни:цы; показы в Берлине были чудесными; и в сентябре я выпустил видеоверсию птиц, которую можно посмотреть;

как раз на птицах в екатеринбурге я познакомился с г-м, короткие трехмесячные отношения с которым дали мне много радости, возможности позаботиться о другом, уточнить себя как человека и партнера; мы вместе успели увидеть много красивого, я готовил с любовью, я держал хуй во рту и меня крепко держали в руках; спасибо; я очень счастлив знакомству и времени с савой, пришедшемуся на эти же солнечные майские недели в екб; я почувствовал с ними что-то новое и они занимают отдельное место у меня внутри;

в 2024 я не написал ни одного текста в медиа, чему был очень счастлив; в 25-м я написал семь текстов для репаблика: про урбицид; про любовь во время катастроф и как ответ на катастрофы; про то как вернуть технологии от техномагнатов людям; про мой опыт и работу небинарности; про животных на войне; про любовь после и во время миграции; и самый кажется важный — об эротизации войны, как война в последние 25+ лет превращалась в порнографию; все тексты под пейволлом, но я всегда скидываю док в лс, если у меня просят

в 25-м я написал два не-исследовательских Текста, в которых выжал сердце и развязал себе язык — один после Миши, и один для нового журнала Кати Морозовой, который жду пока выйдет; я был счастлив вспомнить, что Умею Писать по-настоящему; в моей жизни появились люди про которых я реально хочу чтобы они прочитали этот текст — хрустальные; я всё чаще юзаю фем-пронансы и медленно но естественно размещаюсь внутри; спасибо каждо:й кто это замечает и возвращает; второго января на истерике жизни я каминаутнулся матери, чего не планировал делать вообще никогда; это было хорошее большое чувство, но оно ничего особо не изменило; весь год во мне было очень/очень много любви; уже почти три года я продолжаю каждый день вести публичный дневник, и я хочу чтобы люди вокруг больше и прозрачнее рассказывали о том, что с ними происходит и что они чувствуют

я встретила весну в петербурге: бесконечно много гуляла и каталась на лодке и катала других; много готовила для людей, которые мне нравятся, и для себя; всё лето и сентябрь провела в ес: берлин, париж, варшава, белград и много италии; была в горах и купалась в озёрах, на могиле сьюзен зонтаг и ольги берггольц, и всё было очень хорошо каждый день по-разному; очень много была на кладбищах, чтобы не забывать, во что вкладывать усилия, а во что не стоит;

в париже я играл в баскетбол, плавал в бассе, ездил на велике и впервые оказался на скалодроме, в турине я играл в большой теннис, паддл и почти каждый день ездил на велике; в петербурге под конец года я собрал свою баскетбольную тусу, играть с ними — абсолютное счастье; два раза мы играли в бадминтон, последние два месяца года почти каждый день ходил на хотйогу и нашел тренерку по плаванию; в моей жизни ещё больше движения и это то, что заставляет воздух звенеть особенно сильно

—— я начал танцевать — серьезно, а не для сториз в инсте; это должно было случиться давно; последние три месяца года я два раза в неделю ходил в сдвиг на танцкласс ани кравченко, плюс два раза в неделю снимал танцзал по утрам в соло; теперь это моя рутина надолго, надеюсь навсегда; в сентябре в турине я два раза был на больших джемах с итальянскими хореографами и чувствовал, что могу производить красоту и сообщность; весь месяц в турине я ходил на torinodanza и смотрел на танцующие тела; а под конец года мы кажется начали делать мою первую танцработу, во что мне еще предстоит поверить; вокруг этого я начал курс по анатомии и физиологии, завалил горизонт книгами по соматике и биомеханике; особенно трепетно люблю это начало;

у меня не было ни одного плохого дня, и это не прекраснодушная аффирмация, а это я заглянул в приложение-дневник эмоций и посмотрел картину года; даже в день когда мы после четырехчасового созвона закончили отношения с *, один из самых грустных дней, я вышел на балкон квартиры во Фраскати и передо мной лежал весь Рим в оглушительном закате, — всё вокруг говорило что я просто не имею права чувствовать себя плохо; могу горевать, но не отчаиваться; да — мне сложно без своего дома; да — продолжается война; да — я потерял якоря жизни внутри родного языка и дальше ещё больше сложной работы и неопределенности; но я могу танцевать, и дышать глубоко, и быть хорошей подругой, и у меня очень много друзей и в самых очевидных и неочевидных местах в этом году находились люди, готовые меня приютить и провести со мной время, и поделиться чем-то ценным; больше всего я благодарен этим людям, здоровому телу и тому, что не разучаюсь так сильно чувствовать

я теперь такой человек; как вам